• 00,00
  • 00,00
  • 00,00
Поделиться прочитаным

Кризис высшего образования и Болонское соглашение

Считается, что одним из основных показателей состояния интеллектуального развития страны является количество студентов. В 2012 году Россия с 45 студентами на 1000 человек населения была впереди многих стран мира, но в 2021 году, отстав от Китая с 31 студентами, всех европейских стран, имеющих от 33 до 58 студентов и более чем в два раза от США с 62 студентами на 1000 человек населения, Россия с 28 студентами переместилась на самый низ мировой статистики.

О кризисе российского высшего образования можно судить и по выполнению значимых государственных проектов. Один из таких широко разрекламированных, находившийся под контролем президента России, проект «5-100», согласно которому пять российских университетов из 21 участника проекта должны были войти в первую сотню ведущих университетов мира, подтвердив тем самым высокий уровень высшего образования России.

На реализацию этой задачи правительство выделило более 80 млрд рублей, но ни один из 21 университета-участника проекта «5-100» так и не попал в первую сотню ведущих университетов мира.

Провал проекта отметил спикер Государственной Думы Вячеслав Володин и признала Счётная палата России. А после приостановки участия российских вузов в Болонском соглашении министр науки и высшего образования России Валерий Фальков, а также ряд политиков признали катастрофическое снижение качества российского высшего образования, но почему-то обвинили в этом Болонское соглашение.

Председатель Союза ректоров России, ректор МГУ В. Садовничий вообще заявил, что всегда был против Болонского соглашения и считает, что «копирование Болонской системы существенно понизило качество образования в России».  Экс-премьер России Сергей Степашин обвинил Болонский процесс в утрате важнейших достоинств «классического советского образования». Некоторые говорили, что «четырех лет бакалавриата недостаточно». Другие, что Болонское соглашение «плодит недоучек».

Итог подвёл Валерий Фальков, признав (наконец-то) кризис российской высшей школы и неожиданно предложил поставить Болонской системе двойку: «За менее чем

10 лет «болонка» успела дискредитировать себя в такой степени, что на высшем государственном уровне необходимо поставить ей «двойку».

Как известно, качество высшего образования зависит от многих факторов, в числе которых опыт и квалификация преподавателей, их человеческие и педагогические способности стоят на первом месте. Учитывая разнообразие правового положения преподавательских кадров учреждений высшего образования в различных странах, в частности, в зависимости от того,  распространяется на них или нет  действие положений, относящихся к государственной службе, и  признавая решающую роль преподавательских кадров в совершенствовании высшего образования и важность их вклада в развитие человечества и современного общества и считая необходимым повысить роль профессорско-преподавательского состава вузов, Генеральная конференция ООН по вопросам образования, науки и культуры приняла  в ноябре 1997 года рекомендацию «О статусе преподавательских кадров учреждений высшего образования».

Рекомендация представляет собой комплекс взаимосвязанных положений, выполнение которых должны обеспечить преподавателям вузов «справедливую и открытую систему служебного роста, бессрочные контракты, эффективную и справедливую систему оплаты труда, уверенность в своём будущем». При этом заключение бессрочных контрактов является одной из основных гарантий занятости, сохранения талантливых преподавателей, защиту от произвола». 

В 2003 году Россия присоединилась к Болонскому соглашению.  Российские дипломы были признаны на глобальном рынке труда, российские вузы приняли участие в проектах, финансируемых Европейской комиссией, а студенты и преподаватели в обменах с европейскими университетами. Россия приняла активное участие в построении единой европейской зоны высшего образования, как ключевого направления развития мобильности, большей совместимости и сравнимости национальных систем высшего образования повышения качества образования и роли университетов в развитии европейских культурных ценностей.

Реализация Программы «Развитие образования» на 2000-2005 годы и утверждённого в 2005 году президентом России Национального проекта «Образование» участие в Болонском соглашении обеспечило качественный рост профессорско-преподавательского состава вузов и повышение качества образования. 

В 2012 году российская высшая школа была на пике своего развития. В вузах России проходили обучение 6490 тысяч студентов, в том числе 2382,5 тысячи на бюджете, работали 342 тысячи преподавателей,  в том числе 45 тысяч докторов наук, 183 тысячи кандидатов наук, 35,6 тысячи профессоров, 115,2 тысячи доцентов.

Выпуск бакалавров, специалистов и магистров в 2012 году составил 1397,2 тысячи.

Коммерциализация как один из факторов кризиса высшего образования

В соответствии с рекомендацией «О статусе преподавательских кадров учреждений высшего образования», необходимым условием развития высшего образования является предоставление преподавательскому сообществу независимости, а вузам автономии, которая, как сказано в Великой Хартии европейских университетов 1988 года, нужна, «чтобы соответствовать требованиям окружающего мира, исследования и обучение должны быть морально и интеллектуально независимы от всех политических властей и экономического давления». Но в законе «Об образовании в Российской Федерации» 2012 года основным признаком «автономии» вуза стала коммерциализация.

Начало было положено в 2006 году, когда при активном участии Министерства образования был подготовлен закон «Об автономных учреждениях», в котором была заложена возможность использования собственности государственных вузов для оказания услуг в сфере науки и образования.

В 2012 году многие статьи закона «Об автономных учреждениях» перекочевали в разработанный Министерством образования и науки закон «Об образовании в Российской Федерации», в соответствии с которым бюджетным и автономным вузам было предоставлено право вносить собственность государственных вузов в качестве взноса при учреждении (в том числе совместно с другими лицами) хозяйственных обществ. И делать это было можно даже без согласия собственника имущества. 

Закон открыл возможность руководителям бюджетных и автономных вузов бесконтрольно тратить доходы созданных с использованием собственности государственных вузов хозяйственных обществ, используя «автономию» для превращения государственных вузов в очень выгодные коммерческие структуры.

Для прикрытия прямого захвата собственности государственных вузов законом вводились формальные ограничения в виде возможности использования собственности лишь при практическом применении результатов интеллектуальной деятельности – программ, изобретений, полезных моделей и т.д., исключительные права на которые принадлежат образовательным организациям, (но!!!) в том числе совместно с другими лицами.

В соответствии с законом денежные средства, оборудование и иное имущество, находящееся в оперативном управлении бюджетных и автономных вузов, тоже разрешается вносить в качестве вклада в уставные капиталы хозяйственных обществ, привлекая других лиц в качестве учредителей хозяйственных обществ и вместе с ними распоряжаться долями или акциями в уставных капиталах. 

Доходы созданных с использованием собственности государственных вузов хозяйственных обществ поступают в распоряжение вузов, руководители которых могут без доверенности представлять интересы, совершать сделки и утверждать внутренние документы этих хозяйственных обществ.

Допуск профессорско-преподавательского состава к этой коммерции не предусматривается.

Как преподаватели вузов оказались самыми бесправными российскими работниками?

Возможность практически бесконтрольно тратить огромные средства превратила российские вузы в привлекательные «кормушки», к руководству которыми устремились (и весьма успешно) менеджеры, часто не имеющие ни опыта работы в высшей школе, ни соответствующих знаний, а порой и необходимого атрибута руководителя вуза – учёной степени, что породило рост коррупции в сфере подготовки и защиты диссертаций. 

19 сентября 2019 года эксперты вольного сетевого сообщества «Диссернет» опубликовали на своём сайте  доклад с шокирующими фактами: «Среди руководителей 676 изученных университетов выявлено 64 ректора с плагиатом в собственных диссертационных работах, 32 ректора-диссеродела, 31 ректор с некорректными научными статьями и сделан вывод – «имитация науки давно распространилась на всю систему высшего образования». В докладе также было отмечено, что «Министерство науки и высшего образования России фактически демонстрирует солидарность с ректорами-плагиаторами и увольняет только тех, кто стал неугоден по каким-либо другим причинам». 

Но Министерство образования и науки не только демонстрировало солидарность с ректорами-плагиаторами,  но и активно «помогало» им «искоренять «инакомыслие» в вузах, обеспечив возможность целенаправленно сокращать преподавателей, недовольных новыми порядками в вузах. Именно для этого Министерство в 2015 году утвердило новое Положение о порядке замещения должностей педагогических работников, относящихся к профессорско-преподавательскому составу, в соответствии с которым конкурсы стали проводить не избранные коллективами вузов учёные советы,  а назначаемые приказами «коллегиальные органы», в которые привлекались  самые лояльные профессора и доценты. Приоритетами успешного прохождения конкурса в этих «органах» стали не знания, умения и компетентность преподавателей, а их покорность и уровень почтения к руководству.  А в первых рядах сокращённых оказались те самые недовольные преподаватели.

Декларируя наращивание и наиболее полное использование интеллектуального потенциала  нации, Министерство образования и науки во все программы и планы стало вводить мероприятия, направленные на снижение численности студентов и сокращение преподавателей вузов.

Так, в планах мероприятий (дорожная карта) «Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности образования и науки» 2012 года  и 2014 года и Программе «Развитие образования»   на 2013-2020 годы было запланировано к 2018 году уменьшить количество студентов с 6490 тысяч до 5145 тысяч и увеличить число студентов в расчёте на одного преподавателя с 9,4 в 2012 году до 13 к 2020 году.

И если к 2018 году практически ни одно из мероприятий, в том числе и  создание условий для вхождения к 2020 году пяти вузов-лидеров в первую сотню ведущих мировых университетов, выполнено не было, план по снижению численности студентов был перевыполнен на 173,1% – количество студентов уменьшилось на 2328,3 тысячи.

За этот же период, в связи с изменением норматива формирования бюджетных мест, действовавшего с 1996 года, – не менее 170 на каждые 10000 человек, проживающих в России, на принятый в 2012 году норматив – не менее чем 800 на каждые 10000 тысяч человек в возрасте от 17 до 30 лет, проживающих в России,  количество бюджетных мест в российских вузах уменьшилось на 477,9 тысячи.

Выполнение закона «Об образовании в Российской Федерации», реализация планов мероприятий и программы «Развития образования» на 2013-2020 годы внесли в хаотичный процесс сокращения студентов  и преподавателей «академический» порядок. И процесс, как говорится, пошёл!

За период руководства Министерством образования и науки Д. Ливановым система высшего образования «потеряла» 184 вуза, 1723,5 тысячи студентов, 476,5 тысячи бюджетных мест, 62,3 тысячи преподавателей, в том числе 2,6 тысячи докторов наук, 23,1 тысячи кандидатов наук, 4,9 тысячи профессоров и 15,1 тысячи доцентов.

Психологи, занимающиеся трудовыми отношениями на производстве, отмечают: «У человека, потерявшего работу, изменяются стиль жизни, его ожидания, цели и ценности. Он теряет веру в некое соглашение с работодателем, по которому демонстрация работником лояльности предприятию и старание на работе отзовутся хорошим заработком, повышением в должности и уверенностью в завтрашнем дне». Именно так отреагировали на массовое сокращение и преподаватели российских вузов.

Бедными преподавателями управлять легко, но качество образования с ними не повысить

До 2011 года оплата труда преподавателей вузов осуществлялась на основе Единой тарифной сетки (ЕТС), введенной в 1992 году постановлением правительства «О дифференциации в уровнях оплаты труда бюджетной сферы на основе Единой тарифной сетки». В соответствии с ЕТС, все должности работников образования в зависимости от сложности работ и квалификации были распределены по 18 разрядам. Например, разряды преподавателей вузов оплачивались  от 8 до 17 разряда, а оклады ректоров вузов по 17-му или 18-му разряду и лишь ненамного отличались от ставок ведущих профессоров со степенью доктора наук. При этом ставка первого разряда ЕТС устанавливалась законом, а увеличение размеров окладов решениями правительства.

В 1994 году постановлением правительства «О материальной поддержке профессорско-преподавательского состава образовательных учреждений высшего образования» преподавателям, имеющим учёные звания, были установлены надбавки в размере 60% к должностному окладу профессора и 40% доцента. Были установлены  доплаты и за учёные степени – доктору наук в пятикратном, а кандидату в трёхкратном минимальном размере оплаты труда. С 2004 года доплату докторам наук установили в сумме

7000 рублей, кандидатам 3000 рублей в месяц. Оплата труда по Единой тарифной сетке была понятной, предсказуемой и относительно справедливой.

В 2011 году Единая тарифная сетка (ЕТС) была отменена и появилась новая система оплаты труда, в соответствии с которой формированием оплаты труда работников вузов стали заниматься ректоры вузов, получившие неограниченные возможности экономического воздействия на преподавателей. При этом ректорам вузов вводились «некоторые» ограничения по установлению окладов – не более чем в 8-кратный размер от средней заработной платы профессорско-преподавательского состава вуза, а должностные оклады проректоров и главного бухгалтера вуза на 10-30% ниже должностного оклада ректора.

Бывший в 2008 году заместителем министра образования и науки Владимир Миклушевский в интервью «Учительской газете» объяснил причину введения новой системы оплаты труда тем, что «Единая тарифная сетка, введенная в 1992 году, таила в себе достаточно серьезный недостаток, связанный с тем, что она действовала единым порядком по всей стране, независимо от отрасли и региона, и не учитывала особенности, связанные с функционированием той или иной отрасли и региона». 

Вторая причина, озвученная замминистра, была ещё «интересней»: «В старой системе оплаты труда не существовало причинно-следственной связи. Как бы ты хорошо ни работал, ты получал ровно столько же, как и остальные. Это, с одной стороны, формировало абсолютно дестимулирующее  отношение у тех, кто работает хорошо, с другой – мы создали ситуацию, когда человек мог абсолютно ничего не делать».

Установленный новой системой оплаты труда порядок формирования оклада ректора в 8-кратном отношении  к средней заработной плате ППС, окладов проректоров и главных бухгалтеров вузов на 10 – 30% ниже оклада ректора, даёт ответ, кого В. Миклушевский считал «хорошо работающими». Ну, а кто ничего не делал, оказалось большинство преподавателей, заработная плата которых стала расти темпами, не превышающими инфляцию, да  и то выборочно, в зависимости от приближения преподавателя к «престолу» ректора.

А чтобы ещё больше принизить статус профессорско-преподавательского состава, с 1 февраля 2013 года были отменены выплаты докторам и кандидатам наук за учёные степени. И хотя эти выплаты были включены в должностные оклады преподавателей, через пару лет они растворились в различных «совершенствованиях».

Для решения проблемы низкой оплаты труда преподавателей вузов в мае 2012 года президент России издал Указ «О мероприятиях по реализации государственной социальной политики». Указ обязывал Министерство образования и науки обеспечить ежегодный рост средней заработной платы преподавателям вузов и к 2018 году довести её размер до 200% от средней заработной платы в регионе, в котором находится вуз. И с 2013 года руководители вузов рапортовали о повышении средней заработной платы преподавателей, а в 2018 году доложили – средняя заработная плата преподавателей достигла  200%  от средней заработной платы в регионах, в которых находятся вузы. Но большинство преподавателей вузов России так и не увидели ни повышения заработной платы, ни роста благосостояния.

При этом введённая в 2011 году новая система оплаты труда имеет явные признаки дискриминации преподавателей вузов по критерию «места жительства», что противоречит Трудовому кодексу и Конституции России. Так, в ст. 3 Трудового кодекса  «Запрещение дискриминации в сфере труда» сказано: «Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника». Отметим, «никто не может получать какие-либо преимущества в зависимости от места жительства».

Но согласно новой системе оплаты труда ставка преподавателя, выполняющего одну и ту же работу, по одной и той же квалификации, допустим, в Москве может быть в несколько раз выше ставки преподавателя в Старом Осколе, что нарушает  п. 3 ст. 37 Конституции России: «Каждый имеет право на  труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации» и ст. 22 Трудового кодекса РФ «Основные права и обязанности работодателя», обязывающая работодателей «обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности». Но, к сожалению, работодателями преподавателей государственных российских вузов является не государство, как во многих цивилизованных странах, а руководители вузов, но и в этом случае ставки преподавателей в филиалах, расположенных в регионах, должны быть равными с окладами преподавателей в головных вузах.

И это не говоря даже о том, что сам показатель «средняя заработная плата», как и средняя температура по больнице, не может служить ориентиром достижения какой-либо цели.

При этом для достижения нужного размера средней заработной платы профессорско-преподавательского состава экономисты и бухгалтеры вузов давно научились фальсифицировать расчёты, переводя преподавателей на 0,5 или даже 0,25 ставки,  что позволит «установить» нужный для расчёта оклада ректора размер средней заработной платы профессорско-преподавательского состава вуза.

При обсуждении 16 сентября 2020 года проблем высшего образования в Государственной Думе спикер Думы Вячеслав Володин спросил министра науки и высшего образования, почему «зарплата  ассистента, доцента в разы, иногда в 15 раз, меньше, чем у ректора, проректора, и люди не идут работать в вузы даже доцентами?» И предложил: «Мы можем с вами записать, чтобы ректор получал премию  в том случае, если он будет заниматься повышением оплаты труда рядового преподавательского звена?»

И Валерий Фальков  признался: «Вопрос не в бровь, а в глаз. По нашим мониторингам вузы выполняют майские указы президента по зарплатам за счет заработков 30% членов коллектива». И сразу выдал предложение: «Мы предлагаем выплачивать стимулирующие доплаты ректорам, если в это число входит не менее 50% преподавателей вуза. Если вы меня поддержите, я подпишу этот приказ сегодня же».

Представляете примитив мышления министра самого, по идее, интеллектуального Министерства России?

Не 30%, а целых 50%?! Как видите, министру совсем неважно, что не попавшие в привилегированные 50% преподаватели будут продолжать жить на нищенскую заработную плату.

И потом, зачем министру поддержка спикера Государственной Думы, чтобы подписать приказ?

Но Валерий Фальков, по-видимому, поддержку получил и уже 4 декабря 2020 года в оценке эффективности вузов и их руководителей появился показатель «Доля педагогических работников из числа профессорско-преподавательского состава, средняя заработная плата которых по итогам календарного года составляет  200% и более от средней заработной платы в субъекте». И если в вузе более 50% преподавателей будут иметь 200% от средней заработной платы в регионе, вуз получит 25 баллов!  Представляете 25 баллов!!! И это при том, что за очень большое цитирование статей вуз получает всего лишь 10 баллов?

В феврале 2021 года министр утвердил ещё одно примерное положение об оплате труда работников федеральных государственных бюджетных и автономных учреждений, подведомственных Министерству науки и высшего образования Российской Федерации по виду экономической деятельности «Образование», в котором представлены «смехотворные» минимальные оклады преподавателей вузов: доцента в размере 29400 рублей,  профессора – 33400 рублей, декана, имеющего высший 6-й квалификационный уровень – 37800 рублей в месяц.

Представляете, как смеялись, читая это положение, наши друзья из Таджикистана, приехавшие строить Москву, заработная плата которых начинается с 80 тысяч рублей?

И, конечно же, большая часть этого примерного положения была опять посвящена «отеческой заботе» министра о доходах ректоров вузов. Здесь всё достойно – размер оклада ректора ограничивается  8-кратным размером от средней заработной платы профессорско-преподавательского состава вуза. Плюс множество дополнительных выплат в размере месячного оклада – при вступлении в брак, рождении ребёнка, утрате имущества и т.д. Простым работникам вуза тоже прописаны «иные выплаты социального характера». Например, в связи с выходом на пенсию, к юбилейным датам, в связи с получением наград и даже если ему после 10 лет усердной службы захочется в положенный длительный до одного года отпуск, оплата будет, но только при наличии средств в  фонде оплаты труда, а конкретно зависит опять от воли ректора.

И, если до 2011 года оклады ректоров и проректоров вузов формировались, как и у преподавателей, на основе Единой тарифной сетки и были лишь немного выше, чем у профессора с учёной степенью доктора наук, то после 2011 года руководители вузов получили «8-кратное преимущество». Во многих вузах ставка профессора не превышает

50 тысяч, доцента – 40 тысяч рублей в месяц, а ввиду снижения количества студентов и 38% роста норматива численности студентов на одного преподавателя многие профессоры и доценты вынуждены работать на 0,5 или даже на 0,25 ставки, получая практически нищенскую заработную плату.

С 2012 по 2021 год численность студентов в российских вузах сократилось на 2440,7 тысячи, на 121,1 тысячу стало меньше преподавателей, в том числе на 10,4 тысячи докторов наук, на 12,2 тысячи профессоров, на 54,5 тысячи кандидатов наук, на 30,9 тысячи доцентов.

Существенно снизилось качество обучения, падает престиж высшего образования, в некоторых вузах количество студентов-двоечников  составляет более  60%. В 2021 году выпуск бакалавров, специалистов и магистров сократился в 1,64 раза до 849,4 тысячи.

Массовое сокращение профессорско-преподавательского состава, бедность большинства преподавателей  привели к уничтожению отлаженной многими годами системы взаимоотношений в вузах, усилила власть ректоров и административного аппарата, существенно снизило мотивацию преподавателей, превратив интеллектуальное образовательное поле российской высшей школы в поле чудес.

Валерий Малашенко, профессор

  • Комментарии к записи Кризис высшего образования и Болонское соглашение отключены
  • 57

Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции

Подписаться на новости

Loading

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта